Пункт назначения близко; слышу зов слона
Пункт назначения близко; слышу зов слона «Слон сидит спокойно» оставил меня таким опустошённым, что слова не идут. Никакие острые формулировки не столь правдивы, как то, что показывает режиссёр. Режиссёр Ху Бо оставил один фильм и свёл счёты с жизнью. И вспоминается: когда человек умирает, он всё ещё жив — по крайней мере его произведения живут. Topics: Инвестировать, Медиа.
Отчаяние, удушье, бегство. Слон сидит не потому, что отказывается встать, а потому что не может; будь у него возможность, он бы тоже сбежал. Даже огромный и сильный слон бывает беспомощным. Маленькие люди, застрявшие в Цзинсине, так же не могут вырваться из этого города, убивающего надежду.
Две тысячи юаней в месяц, квартиры по восемь тысяч за метр, тщеславие, предательство — и прыжок, неспешно открывающий четырёхчасовую историю. Кто в этом мире живёт без тревог? С рождения и до конца мы боремся с бессмысленностью. Девочка уже делает неплохой мостик, но мать требует большего — и никто не может толком объяснить, зачем. Ветеран Ван Цзюнь, всю жизнь проведший в строю, влачит «собачью жизнь», спит на собственном балконе; в глазах дочери и зятя даже собачья жизнь стоит дороже его. Бабушка Вэйбу умирает в одиночестве, и никто не узнаёт. На вокзале Ван Цзюнь говорит молодому: жизнь такова — ты стоишь здесь и думаешь, что там лучше, но не ходи; окажешься там — всё та же каша, как и здесь. Мы знаем, что жизнь — тщетное предприятие, и всё же отправляемся в путь.
В маленьком городе круги тесны и запутанны — одна работа, одна школа, друзья, родственники; все знают, чем занимается твоя семья, отец, мать, и что сделал ты. Круги порождают бесконечные беды. Внешний круг — полбеды; раздавливают именно семейные конфликты — измены супругов, вражда отцов и сыновей, распри матерей и дочерей. После утомительного дня дом должен был бы утешать, но превращается в ещё одно поле битвы.
Нет «маленьких людей» — мы просто играем разные роли, сталкиваясь с одними и теми же бедами — тем же отчаянием и беспомощностью. Множество ролей вынуждает всех стремительно менять маски между сценами. В обществе Юй Чэн держится с «братьями» — хватает наглости лечь с женой «брата» — и всё равно дома слышит ругань матери и получает пинки от отца. В глазах отца Сяо Цзюнь — хулиган; для бабушки — хороший внук, а для одноклассников — верный друг, готовый постоять за них.
«Слон сидит спокойно» оставляет меня столь раздавленным, что слова бессильны; никакая риторика, как бы остра ни была, не сравнится с сырой правдой фильма.
Режиссёр Ху Бо оставил один фильм и ушёл из жизни. Вспоминается мысль: когда человек умирает, он всё ещё жив — по крайней мере живут его работы.
